Истории любимого историка

СТРОИТЕЛЬСТВО И ПОДРЫВ КРЕПОСТИ ОСОВЕЦ (5)

Увы, закончилась на «Детстве» тетрадка с воспоминаниями моего деда Михаила Иосифовича Снитко. И теперь я лишён возможности ссылаться на первоисточник, описывая его дальнейшую жизнь.Что-то я знаю (и ещё помню) по рассказам самого деда, что-то из рассказов мамы, что-то — из его коротенькой автобиографии 1944 года. Что я знаю? Окончив училище, дед приступил к службе в качестве военного инженера – строителя. Женился на моей бабушке Александре Николаевне (урождённой Китаевой) довольно поздно: году 1910 -м, то есть в 30 лет. Какое-то время жили в Польше, где дед строил крепость Осовец.

Из этого периода помню только вот что.

Хорошим тоном среди офицеров считалось изучать язык местного населения. В данном случае – польский. Дед и в старости мог завернуть по-польски не слабую тираду. Но, конечно, не все придерживались этого правила. Некоторые ленились.

Один такой лентяй и порядочный пьяница, когда коллеги его упрекали, стоял на своём: «Что это за язык такой?! Буду я его ещё учить: мыдло-быдло-пшестирадло! Больше ничего и знать не хочу!» Этот набор слов, означающих: мыло, корова, полотенце — казался ему очень смешным, а язык – недостойным изучения.

Дед воспитывал меня, подростка, осуждая и высмеивая такого лентяя. Он был уверен, что учить язык надо, чтобы иметь возможность общаться с людьми на их языке, проявляя уважение. Тогда и они будут отзывчивей.

Весной 1914 года у них родился первенец.

Помешанный на истории папаша непременно хотел назвать сына Довмонтом в честь славного князя псковского, просиявшего в 13 веке.

Услышав такое, бабушка едва не упала в обморок. Зная уже всё о неуступчивом характере муженька, она воспользовалась его недолгой отлучкой и скорее зарегистрировала сына под именем Николай. Когда дед вернулся, дома уже был Николенька. Пришлось смириться.

Вскоре разразилась Первая мировая война, которую тогда в России называли Германской, иногда Отечественной. Дед с самого её начала оказался на фронте в должности командира отдельной инженерной роты.

Весь первый год войны прошёл в крепости Осовец,

строительством которой он занимался ещё в предвоенные годы. Крепость Осовец, её оборона – героическая страница той мало известной у нас войны.

М.И.Снитко 1916 г.

Выдержав длительную осаду и три штурма, включая газовую атаку, гарнизон крепости вынужден был её оставить. Но не под напором неприятеля, а ввиду изменившейся военной обстановки: общего отступления русской армии из Польши и бесцельности дальнейшей обороны Осовца.

Последними, в августе 1915 года, крепость покидали сапёры, предварительно взорвав уцелевшие сооружения. Непосредственно командовал этой операцией капитан М.И. Снитко.

Потом были ещё два с лишним года окопной жизни. Дед дослужился до подполковника и подхватил ревматизм. Ближе к старости из-за этого ревматизма он мог передвигаться только маленькими шажками, шаркая и опираясь на клюшку.

Окопы Первой мировой
Когда большевики вышли из войны и распустили армию,

дед с семьёй прибыл в Иваново-Вознесенск. Здесь было множество родственников по линии бабушки: её мама, две родные сестры, тёти, дяди, двоюродные братья и сёстры. Со всеми поддерживались тесные родственные отношения.

У самого деда к тому времени ничего и никого не осталось. Пока он служил, средний братец сделался игроком и промотал имение. Дед считал его виновным в ранней смерти мамы. С младшим братом отношения просто не успели сложиться: когда дед уехал в Петербург, он был ещё слишком мал. 

Война, две революции. Где эти братья? Живы ли? Может, эмигрировали? Справляться об этом не было никакого желания. Больше они никогда не возникали в его жизни.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.