Истории любимого историка

ОПЯТЬ ПРОВЕРКИ (9)

В послевоенное время дед по-прежнему много работал в техникуме. Кроме того, постоянно читал лекции по путёвкам общества «Знание». О международном положении, об истории революционного движения, антирелигиозные, конечно. Прочитать толковую лекцию на любую тему да так, чтобы заинтересовать слушателей, ему ничего не стоило. Только дай.

Бабушки не стало в 1954 году. Овдовев, дед пользовался услугами домработниц. Обычно в этом качестве выступали ученицы вечернего отделения того же техникума. Он ни в коем случае не хотел быть обузой для семьи сына, с которой жил в одной квартире. У него была своя отдельная комната. Он до последнего хотел оставаться самостоятельным и независимым. Денег на домработниц пока хватало.

В 1959 году он решил, наконец, выйти на пенсию.

И тут выяснилось, что пенсию ему насчитали по последнему году работы, когда у него уже была небольшая нагрузка. Он получил всего 640 рублей (64 р. с 1961 года). Это было мало даже для того времени. А если вспомнить его биографию, если учесть 41 год педагогического стажа, то позорно мало.

Мария Ивановна, жена сына — учительница математики, женщина конкретная, узнав о размере его пенсии, ужаснулась и возмутилась: «Почему же вы не сказали, чтобы посчитали по тому периоду, когда у вас была хорошая зарплата?!». Выяснилось, что деда никто ни о чём не спрашивал. А сам он был уверен, что ему-то уж сделают хорошо.

Какой-то специалист, приглашённый Марией Ивановной, объяснял: куда надо пойти, что сказать, как потребовать пересчитать пенсию. Но дед никому не показал своих слёз. Никуда не пошёл просить, как не просил всю жизнь. Просто прекратил всякое сношение с руководством техникума, где проработал 27 лет, вычеркнул их из своей жизни. Вряд ли они сильно расстроились, но дед остался верен себе.

Его мозг постоянно требовал продолжения умственной деятельности. Дед всегда чем-то занимался. Решал шахматные задачи. А если находился партнёр, очень был рад сыграть в шахматы партийку — другую. Разгадывал кроссворды. Тогда самые сложные кроссворды печатались в журнале «Огонёк». Он выходил еженедельно. В очередном номере перечислялись фамилии читателей, которые первыми правильно решили предыдущий кроссворд и прислали ответы. Фамилия деда появлялась там регулярно.

В день, когда ему приносили пенсию, он обязательно устраивал праздник для себя и нас, внуков. Чай с конфетами и рулетом с яблочным джемом. Иногда бывал даже торт «Сказка», а также изюм, финики. Нам эти праздники очень нравились. Мне кажется, деду тоже.

Но главным угощением были его рассказы.

Он рассказывал о своём гимназическом детстве, выбирая что посмешнее. Рассказывал всякие поучительные исторические случаи. Слово за слово, переходил к картинам рабовладельческого Рима, упадка империи, к средним векам. Часто подробно описывал каких-то исторических деятелей, их жизнь и поступки. Я был постарше других внуков и слушал эти его лекции с открытым ртом. Рассказчиком он был замечательным.

Лишившись любимой работы, дед в ребятах находил аудиторию, с которой делился своими необъятными познаниями. Когда он выходил гулять, то такой аудиторией становились дворовые дети, которые мгновенно собирались вокруг него.

Как-то двое парней, на год старше меня, вдруг сказали с высоты своих лет и опыта: «Ты что думаешь, он и вправду это всё знает? Всё врёт! Невозможно столько всего знать. Сочиняет на ходу». Я, конечно, вступился за деда.

Тогда они предложили его проверить

и вывести на чистую воду. Нашли в учебнике в какой-то сноске, мелким шрифтом упомянутую фамилию древнего полководца, о котором никто и не слыхивал. И в следующий раз, когда дед вышел на прогулку, спросили об этом полководце.

Обрадовавшись, что дети интересуются такой яркой исторической фигурой, дед разразился целой лекцией о жизни и бранных подвигах имярека. Пришлось самим читать то, что написано о нём в энциклопедии. Статья была гораздо короче дедовой лекции. Но обо всём, что было указано в энциклопедии, дед говорил. Только гораздо шире и подробнее.

Не успокоились. Повторили эксперимент, найдя где-то название одного из сражений столетней войны. Спросили у деда, по незнанию неправильно поставив ударение в названии. Дед поправил и опять прочитал что-то вроде вдохновенной лекции. Проверка по энциклопедии, к удивлению «проверяющих», снова закончилась в пользу деда. Я ликовал, и теперь уже сам имел полное право смотреть на бедолаг свысока.

К тому времени я уже слышал от деда историю о четырёх пирожных-«картошках», которые он ещё в гимназии регулярно выигрывал у обалдуев-старшеклассников, не веривших в его способности. Но рассказывать ему сейчас, что вопросы мальчишек опять были проверкой, я не стал. Он бы разочаровался. Пусть лучше думает, что это такие развитые и интересующиеся историей дети.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.