Ветеран войны, офицер, учитель

ЛЕКЦИИ О МЕЖДУНАРОДНОМ ПОЛОЖЕНИИ (3)

В партию отец вступил ещё на фронте. В дембельской жизни у него были партийные поручения: встречи с молодёжью с рассказами о войне и чтение лекций о международном положении по линии общества «Знание».

И.И.Афанасьев — ветеран войны, 70-е годы

Тогда ежемесячные политинформации были обязательным делом в каждом учреждении, на предприятии. Не редко в порядке такой политинформации проводили лекции о международном положении. Для этого приглашались специальные лекторы. Чаще всего лектором оказывался именно офицер-отставник.

Должен сказать, что это дело было по душе отцу. Он интересовался политикой и умел толково и интересно для слушателей рассказать о последних события в мире.

Сам я на его лекциях так никогда и не побывал.

В НИИ, где я трудился, он с лекциями о международном положении выступал несколько раз. Но по закону подлости я всякий раз оказывался в командировках. От сотрудников слышал очень одобрительные отзывы. Зная отца, охотно верил.

Конечно, вся эта деятельность лекторов-международников находилась под контролем и направлялась обкомом партии. Периодически их самих собирали на инструктажи. Иногда перед ними выступали специально приезжавшие из Москвы сотрудники ЦК, институтов и Академий при ЦК. Порой, это было интересно, и отец делился со мной новой информацией.

Но однажды, а было это где-то в самом начале 80-х, ещё при Брежневе, он вернулся с такого инструктажа пасмурным и неразговорчивым. «Тебя там чем-то расстроили? Наши международные дела совсем плохи?», — спросил я, зная откуда он пришёл. Он сначала махнул рукой, но потом не удержался, разговорился.

Оказывается, в этот раз речь шла о положении в странах социалистического содружества. Важный московский представитель рассказывал о ситуации в каждой стране. Особо остановился на очень хорошем наполнении потребительского рынка в Венгрии, благодаря реформам Яноша Кадара. Говорил о неплохой, по его мнению, ситуации в ГДР. Там, мол, в магазинах всё есть в большом ассортименте.

И вот, слушая это, вдруг возбудился некто Кокурин.

Я знал Кокурина, он, бывало, приходил к отцу. Подполковник в отставке, старше отца, обладатель мощного баса и грубоватых манер. К тому же он отчаянно воротил на «о». Его речь походила на речитатив какого-нибудь диакона на пасхальном богослужении.

Этакое-то чудовище и открыло рот, перебив московского лектора:

«Послушайте! А мы-то что? Почему же мы-то так не сделаем? У нас-то ни черта же нет! Так давайте и мы так же сделаем, как они. И у нас хорошо будет».

Услышав это, важный инструктор из Москвы поначалу даже стушевался, но потом стал объяснять в манере заговорщика, требующего от подельников полного послушания. «Понимаете, в чём дело. Все эти их результаты достигнуты, благодаря применению… несоциалистических методов хозяйствования. Товарищи! Вы все партийные лекторы. Я надеюсь, вы всё правильно понимаете. Мы на это пойти не можем!».

Проинструктированные таким образом ивановские лекторы, расходясь, делились друг с другом впечатлениями:

— Догматики чёртовы.                                                               

— А зачем им что-то менять? У них и так всё есть.

— Это ведь какие хлопоты: реформы, эксперименты! А и так сойдёт.

— Не нравится, вишь ты, Кокурину, что у нас ни черта нет. Так это так и задумано….

Отец тоже был очень возмущён.

Сказал, что придётся вообще не затрагивать эту тему в лекциях. «Люди-то не дураки. Им такой ответ не скормишь».

Должен сказать, что к тому времени я уже съездил во все европейские соцстраны. Ситуация различалась, но везде было куда как лучше, чем в нашем отечестве. А в Иванове положение было, как мне казалось, хуже, чем где-нибудь в Советском Союзе. А я много, где побывал.

Регулярно 2-4 раза в месяц выезжая в командировки в Москву (или через Москву), я всякий раз возвращался с тяжеленными сумками с продуктами, которых у нас было не достать. Сначала это были в основном колбаса, деликатесы и фрукты, потом добавился сыр, потом сливочное масло, гречка. Что там ещё у нас исчезало из продажи?  Не говорю уж о промтоварах.

Сумки со временем только утяжелялись и не было никакой перспективы по их облегчению. Да и в Москве-то всё приходилось добывать в очередях и далеко не в одном магазине. На покупку продуктов выделялось специальное время.

Проблеме дефицита тогда посвящались статьи и расследования в «Литературке», «Комсомолке», других изданиях. Там же обсуждались даже идеи социально-экономических экспериментов. Это дозволялось, но никакого продолжения не имело.

Охранительные позиции партийных властей были непрошибаемы.

Однако в действительности всё это волновало куда больше, чем лекции о международном положении.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.